Перейти к основному содержанию
Войти / зарегистрироваться
Уже есть аккаунт? Войти!
Горячая линия паллиативной помощи:
Горячая линия паллиативной помощи 8-800-700-84-36 (круглосуточно)

Вы здесь

Инна Ковалева: «Не бойся молиться о другом»

05/05/2017

Инна Ковалева

Четвертая история из цикла рассказов из практики психолога экзистенциального направления, онкопсихолога, игрового терапевта Инны Ковалевой о том, как принять болезнь, принять старость и свою беспомощность и зависимость от других, примириться с собой и близкими.

 

Бывает, что человек и хотел бы обратиться к Богу, поговорить, поплакать, попросить прощения. Рассказать о любви. Или о ее потере. Об утрате самых дорогих людей. Но не может этого сделать.

- Ты понимаешь, она же все равно умерла...
Он сопротивляется несправедливости мироустроения.
- Я некрещеный и в Бога не верю. Отец был кэгэбистом. Видимо, и мне передалось его неверие. Но я любил своих близких. А ты верующая?
- Я верю. Хотите, я помолюсь за вас?
- Хочу. Помолись. Я в Бога не верю, я в любовь верю.

В кабинете горит свеча у иконы. Мы пишем письмо прощения – признания, принятия – прощания. Звучит колокольный звон и звучит молитва. Одна на всех. Одна за всех. И не важно, крещеный человек или нет, верующий он или нет. Главное – услышать зов, иногда крик души, создать пространство и намерение. А молитва, она есть у всех. Своя, личная. Молитва – это ведь разговор, это память. Молитва – это наша любовь.

Впервые осознанно я услышала о том, что иногда нужно просто быть рядом с больным человеком и просто молиться о нем, от своего учителя Андрея Владимировича Гнездилова. Молитва рождается в процессе работы, и мне кажется важным не бояться такого общения. Особенно, если человек, находящийся рядом, признается в желании молитвенного разговора. Это не перекладывание ответственности с его стороны на вас! Это маленькое позволение самому себе стать чуть ближе к тому, что на самом деле важно, но кажется недосягаемым, непозволительным сейчас. Это доверие. Если доверяют другому человеку, значит в душе доверяют Богу.

Свечи

Свеча

- Я всегда очень любил ходить пешком. Только просто так, бесцельно. Когда идешь с какой-то задачей, не смотришь по сторонам, не можешь созерцать, мечтать. Ты идешь по делу, и окружающий мир перестает существовать, ты пропускаешь его мимо себя, не можешь заметить его. А вот когда бродишь сам по себе, окунаясь в пространство домов, окон, дверей, когда ты становишься молчаливым наблюдателем жизни и всего этого неживого и одновременно живого мира, чувствуешь себя сопричастным всему этому.

- А сейчас удается выйти погулять?

- Какой там. Сил нет совсем. Если иду, то, в больницу, и настроения изначально нет.

Он сидел передо мной: огромного роста мужчина, сильный, крепкий. Вернее, вся эта сила и мужество еще видятся в нем. Только нарастающая слабость, упадок сил, боль от тяжелой болезни, о которой ему родные так и не смогли сказать, постепенно, но настойчиво забирают у него жизненные силы. Когда он говорил о снижении аппетита, жене почему-то казалось, что он обвиняет ее в плохом уходе за ним. Она начинала оправдываться передо мной, обвиняя его в нечестности, перечисляя в подробностях все приемы пищи в полном составе и количестве. А ему просто не хочется кушать…Так бывает.

- Ты, путешественник, лучше бы в храм сходил! Безбожник!

Я наблюдала, как женщина, считавшая себя истинно верующей, заставляла мужа идти в церковь. Со стороны смотрелось, будто она в храм ходит, потому что в «таких ситуациях надо бы сходить», а не потому, что верит. Мало в данном предложении было любви. Но именно в этом она нашла свое спасение.

Он взмахнул руками, округлил глаза и с мольбой обратился ко мне:

- Поймите! Я ей говорю: «Чего я туда пойду, если вот тут у меня ничего нет!?»

Он стал стучать кулаком себе в грудь, объясняя, что к Богу у него сейчас больше вопросов и обид, чем искренних просьб о помощи.

- Это наши вопросы и претензии к нему: «За что? Почему я? Как ты мог?» Это нормально сейчас. Это наш страх. Кажется, что если Бог есть, то он должен любить нас, всячески помогать и делать нашу жизнь лучше, но никак уж не наказывать и мучить нас болезнями.

- Правильно говорите. Но я никогда особенно не верил в него. Правда, был один случай, когда, наверное, что-то вмешалось. Может это был и Бог…

Он стал в подробностях вспоминать свои молодые годы, когда, на третьем курсе института, его должны были забрать в армию на целых три года. Жизнь могла повернуться неведомо как. Но молодой, крепкий, статный парень сразу понравился преподавателю, подполковнику Овчинникову. В разговоре мужчины нашли общий язык, сразу как-то подружились.

- Именно этот подполковник спас мне жизнь, написав необходимую справку о военной кафедре. Вот ведь, сколько лет прошло, а я помню этого Овчинникова и говорю ему спасибо…

- Можно я вам что-то предложу?

Он вернулся ко мне из своих далеких воспоминаний, грустными глазами посмотрел мне в глаза.

- Попробуйте, когда в скором времени выйдите гулять на улицу, зайти в храм и поставить свечу в память о подполковнике Овчинникове.

- Да не. Я не пойду туда. Что я там забыл?

- В течение всего времени, что мы с вами говорим, вы несколько раз говорили, как вы благодарны ему, Овчинникову. Это правда, или мне показалось?

- Правда.

- Вы не хотите говорить с Богом, вы не верите ему, но допускаете, что именно он помог вам встретить человека, который спас вам жизнь.

- Да.

- Я не прошу вас идти в церковь и молиться Богу. Я предлагаю вам войти и с чувством благодарности поставить свечу подполковнику Овчинникову, хорошему, доброму человеку, о котором вы помните спустя столько лет.

Он посмотрел куда-то вдаль, в окно, где волею судьбы, случая, как хотите это назовите, виднелись купола храма. С двух сторон от его дома стояли небольшие церквушки. Можно даже сказать, что его дом стоял фактически в середине двух церковных дворов. И каждый раз, идя в ту или другую сторону, он шел мимо дверей этих церквей и каждый раз проходил мимо.

- Да… Это неплохая идея…

Его жена, таких же преклонных лет женщина, притихла на диване и молча наблюдала за нашим диалогом. Случайные слова, случайные истории, случайные воспоминания, всегда не случайны, как мне кажется. И если снова не наберется сил герой этой истории войти в храм, снова пройдет мимо его дверей, в этот момент он будет честен с собой и с Богом. Потому что принять болезнь, принять старость, принять свою беспомощность и зависимость от других очень не просто. А память о доброте будет исцелять его душу и облегчать его боль, а помолиться, зажечь свечу благодарности в своем сердце можем и мы. За него, за себя, за других.

Инна Ковалева

Читайте также другие истории из цикла

Пока любовь живет в сердце

С чем я приду к Богу?

Он говорил со мной телом

Наверх