Перейти к основному содержанию
Войти / зарегистрироваться
Уже есть аккаунт? Войти!
Горячая линия паллиативной помощи:
Горячая линия паллиативной помощи 8-800-700-84-36 (круглосуточно)

Вы здесь

«Чтобы ребенок проживал каждый день по-настоящему»

13/12/2016

Дэвид Стейнхорн на конференции

На II Конференции с международным участием «Развитие паллиативной помощи взрослым и детям» зарубежные специалисты осветили множество проблем и методов их решения. Многое было сказано и об отношениях между врачом и семьей паллиативного пациента, в частности этому был посвящен и доклад Дэвида Стейнхорна, профессора педиатрии Детского национального медицинского центра в Вашингтоне (Колумбия), специалиста по хосписной и паллиативной помощи, педиатрии и терапии неотложных состояний, Почетного члена Американского общества педиатрических исследований. Профессор также поделился с нами особенностями оказания паллиативной помощи в США.

- Расскажите о системе хосписной помощи в США.

- В нашей стране система оказания паллиативной помощи зависит от того, говорим мы о взрослых и пожилых пациентах или о детях. Паллиативная помощь взрослым людям появилась в 1960–70-х годах как контркультурное движение и во многом соответствовала британской модели, созданной Сесилией Сандерс. В то время у нас было некачественное обезболивание для онкологических больных, которые довольно часто умирали из-за этого в больницах. Тогда и возникла идея создать место, где им будут оказывать необходимую квалифицированную медицинскую помощь, — хоспис. В хосписе люди проводят около 8–9 дней — последних дней своей жизни. И это несколько неудобно в том плане, что мы не можем решить многих проблем пациентов за это время, сделать их жизнь более полной и безболезненной. Поэтому относительно детей мы решили придерживаться иной политики.

В 1990-х годах в педиатрии только начинался прогресс в области лечения онкологии, а до тех пор около 80% детей умирали от этого страшного заболевания. Сейчас появились очень эффективные методы лечения, и этот процент сократился до 20. Тем не менее та ситуация в прошлом показала нам кое-что важное — родители никогда не сдадутся и будут делать все возможное, использовать все химиотерапевтические и хирургические методы лечения, чтобы спасти детей. Поэтому систему оказания паллиативной помощи детям мы формировали, основываясь на этом наблюдении, то есть постарались соответствовать попыткам родителей вылечить ребенка, даже если такого лечения нет. И мы стали стимулировать родителей принимать паллиативную помощь параллельно с лечением. Это мы называем ранним обращением к паллиативной помощи. Таким образом, помощь детям — это не просто помощь в конце жизни, как в случае со взрослыми пациентам, а помощь, при которой ребенок проживает каждый свой день по-настоящему. И это может длиться месяцы, а то и годы. Хотя стоит отметить, что и в случае с возрастными пациентами мы переходим к раннему обращению к паллиативной помощи.

Дэвид Стэйнхорн в Московском центре паллиативной медицины

Дэвид Стэйнхорн в московском Центре паллиативной медицины

- Оказывая медицинскую помощь пациентам, вы используете также адъюванты. Что это такое?

- Для обезболивания и купирования симптомов мы используем наркотические обезболивающие, но мы знаем, что есть и другие факторы, которые могут положительно сказаться на самочувствии пациента. Это как раз адъюванты, то есть медикаментозные или нелекарственные средства, которые помогают улучшить и модифицировать ответ на обезболивающие. К медикаментозным относятся ненаркотические препараты, которые мы используем вместе с наркотическими, чтобы купировать боль. Конечно, требуется большой опыт и знания, чтобы правильно подобрать обезболивающее для пациента, но если все сделать правильно, то и достигнуть получится большего. Немедикаментозные адъюванты — это массаж, акупунктура, музыка, что тоже положительно влияет на пациента, помогает справиться с болью.

- Вы не раз затрагивали в своих выступлениях и такую сложную тему, как взаимодействие с семьей паллиативного больного. Какие сложности могут при этом возникнуть и как их решить?

- У родственников пациента часто бывают какие-то строгие убеждения и стереотипы, которые мешают принятию решения в пользу ребенка. Например, они могут думать, что если начать обезболивание морфином, то ребенок быстрее умрет, но это не правда. Некоторые семьи, например из Мексики, верят, что Господь совершит чудо, если мы сможем продлить жизнь ребенка. Другие семьи испытывают чувство вины от того, что их ребенок болен, и считают, что Бог их наказывает. Есть много личных предубеждений и суеверий, которые влияют на семью и мешают сделать выбор в пользу ребенка.

Большая проблема заключается и в том, что врач иногда недостаточно честен с семьей, не говорит правду, потому что боится причинить дополнительную боль родным. Но родственникам нужно честное общение, чтобы принять наилучшее решение.

Поэтому одна из наших задач — это правильная коммуникация. Это важнейшие навыки, которыми должны овладеть члены команды паллиативной помощи, и это важные уроки, которые команда паллиативной помощи может дать врачам больниц.

Таким образом, мы стараемся использовать наши медицинские знания и опыт, чтобы помочь семье выбрать наилучшее решение для своего ребенка, особенно когда лечение невозможно.

Дэвид Стейнхорн в ЦПМ

Дэвид Стейнхорн дал концерт в Центре паллиативной медицины

- В чем заключается подготовка и вообще отбор специалистов паллиативной помощи? Ведь не каждый способен заниматься столь тяжелым делом?

- Первое качество для работника паллиативной службы — это умение по-настоящему заботиться о другом человеке, помогать ему. Есть люди, которые идут работать в медицину ради денег, власти, из-за собственного эго. Но все это не может быть личной мотивацией специалистов паллиативной помощи. Человек должен быть вовлечен, иметь опыт оказания обычной медицинской помощи. При этом ему важно иметь устойчивую психику и оставаться спокойным в любой ситуации.

- Известно, что в работе с паллиативными больными важную роль играют волонтеры. Расскажите о службе волонтеров в вашей стране.

- Волонтеры действительно важные члены хосписной команды. Обычно человек приходит в хосписную организацию и спрашивает, чем он может помочь. Он проходит собеседование с психологом и другими сотрудниками — это нужно, чтобы понять, насколько у него нормальное психическое состояние. Далее волонтеры обучаются, им рассказывают о пациентах, о том, как правильно с ними работать. Волонтеры делают многое, что помогает и пациентам, и медицинским работникам. Например, они могут подвезти пациента в больницу или прийти к больному ребенку, провести с ним несколько часов, пока родители заняты другими делами. Они могут просто посидеть у постели ребенка и почитать ему какие-то рассказы. Это все очень ценная часть человеческого общения. И это один из важнейших инструментов, которые есть в паллиативной помощи.

- Как вы считаете, чего не хватает в России для нормального функционирования паллиативной службы?

- Нужна более эффективная коммуникация между врачами и семьями пациентов. Второй аспект связан с законодательством, которое желательно изменить, чтобы упростить порядок выдачи лекарств. Но я заметил, что многие люди, которые, в частности, организовывали конференцию, действительно очень хотят улучшить систему оказания паллиативной помощи людям и делают многое, чтобы поменялось отношение к проблеме в государстве и в обществе.

 

Анастасия Бычкова

Фото предоставлены пресс-службой фонда помощи хосписам «Вера»

Наверх